Валькирия (valkiriarf) wrote,
Валькирия
valkiriarf

Categories:

ПРО СИНДРОМ ДЕФИЦИТА ВНИМАНИЯ И ГИПЕРАКТИВНОСТИ

Пациентов с подозрением на ADHD (то, что в России называется СДВГ, то есть Синдром Дефицита Внимания и Гиперактивности) в моей практике много.

Родители у пациентов, конечно, все разные, но всё же поддаются некоторой классификации — естественно моей собственной, не отраженной ни в какой научной литературе.

Группа 1. Я называю их Соискатели.
Эти родители готовы приписывать любое ухудшение отметок или поведения в школе пресловутому ADHD, о котором начитались в популярной литературе, и требуют лечить дитя, которому может быть от трех до 18 лет. Они бывают очень напористы. К счастью, у меня есть дополнительные методы — психометрические, компьютерные, наблюдения учителей, да и история обычно говорит сама за себя.
Если ребенок здоров, сочувствия у меня они не находят и уходят без рецепта с заверением, что с ребенком — с неврологической точки зрения — все в порядке.
Они бывают очень разочарованы и ищут другого врача.

Группа 2. Я называю их Отрицатели — in denial.
Эти приводят детей пятого-шестого класса, или даже более старших, и честно признаются, что симптомы имели место годами, что все об этом знают, но они — родители — всегда были против лекарств. Они ждут, что я буду их уговаривать. Этих я тоже не очень люблю. Ребенок к этому времени уже отстает по всем предметам, у него развиваются эмоциональные и поведенческие расстройства, иногда даже депрессия, и лечить его будет гораздо труднее. С ними у меня особая тактика. Я и не думаю их уговаривать. Я предоставляю им статистику: процент бросивших школу, использующих наркотики, попавших в ДТП и многие другие важные социальные характеристики у подростков и молодых людей. Сравнение между леченной и нелечeнной группой явно не в пользу тех, чьи родители были противниками лекарств.
После этого я даю им возможность самим выбрать, хотят ли они наконец лечить свое чадо. Большинство скрепя сердце остаются. Самые упертые уходят, но обычно возвращаются через некоторое время. Дальше уже начинается моя работа, но теперь мы с родителями на одной стороне, они сами приняли решение и это очень важно.

Группа 3. Умники. Правильнее было бы назвать их псевдоумниками.
Это весьма разнородная группа. Одни требуют немедленно сделать МРТ мозга. Другие, вооружившись распечатками какой-то галиматьи с интернета просят произвести анализ волос, ногтей или фекальной флоры. Если речь заходит о лечении, настаивают на диете, применении больших доз витаминов. Как правило, они оспаривают каждое твое слово.
С этими работать очень трудно. Они априорно верят в свою правоту, а с верой аргументами разума не поспоришь.
Я могу отказать в бессмысленных тестах, но, к сожалению, не могу удержать от применения "натуральных" методов лечения. Эти дети, как правило, из моей практики исчезают.

Группа 4. Простаки.
Этих я жалею. Они мне напоминают сына-простака из Пасхальной агады.
Они обычно говорят, что их прислал ко мне педиатр, или школа посоветовала обратиться к врачу: ребенок плохо учится. Сами они мало что могут к этому добавить.
Это, как правило, люди бедные, плохо образованные, иммигранты, не владеющие языком — то, что мы называем "социально уязвимые слои населения".
Я для них эдакая высшая инстанция, которая ответит на все вопросы, глядя в некий хрустальный шар. Здесь помимо моих обычных методов требуется большая дополнительная работа. Я пишу письма в школу, звоню педиатрам, даю с собой вопросники и информацию на иностранном (обычно это испанский) языке. Работа трудоемкая, но благодарная. Почти всегда я привлекаю к ней свою социальную работницу — есть много способов помочь, и далеко не всегда все заканчивается приемом лекарства от ADHD, хотя бывает и так. При назначении лекарства инструкции должны быть простыми и четкими, как и советует мудрая агада: "Просто скажи..."
Я и говорю: "Вот лекарство, оно скорее всего поможет..."

Группа 5. Обычные люди.
Это самая легкая группа. Родители осознают проблемы, сначала пытаются решить их самостоятельно, и,
если не получается, обращаются к врачу. Они открыты для обсуждения и слушают без предубеждений. Они не в восторге от перспективы давать детям лекарства, но готовы рассмотреть и этот путь. Обсуждение целей лечения, логистики, возможных побочных явлений должно быть откровенным и понятным. В этой группе эффект лечения самый лучший — 80% успеха, как и описано в литературе.

Группа 6. Свалка.
Сюда попадают пациенты, пришедшие от других врачей. Либо семье не нравится их врач, либо врач по какой-то причине не может или не хочет продолжать лечение.
Здесь есть масса вариантов. Если родитель начинает так: "Я не в восторге от доктора Смита, он назначил неправильное лекарство" — это надо быстро прервать. Я говорю, что мы здесь не для того, чтобы обсуждать доктора Смита и что мне нужны только факты: какое лекарство было назначено, в какой дозе, какие были побочные явления и так далее.
Иногда у больного меняется страховка, и ему надо менять специалиста. Иногда лечащий доктор сам советует получить "второе мнение", так как лечение результата не приносит. Да мало ли может быть причин. Часто эти семьи приносят кучу бумаг, которые надо просмотреть: там может оказаться что-то очень важное. В этих случаях я обычно начинаю с пересмотра диагноза.

Группа 7. Сюрпризы.
Сюда относятся пациенты, которые пришли с жалобами на невнимательность и проблемы в школе, "для теста на ADHD", а в результате открываются серьезные и очень серьезные болезни нервной системы. Это самая "неврологическая" группа из моей классификации. Здесь попадается эпилепсия, задержки развития, аутизм и многое другое. Однажды ко мне привели такого "ADHD" пациента, у которого на самом деле оказалась мышечная дистрофия. Когда-нибудь, может, расскажу про некоторые наиболее фантастические случаи.

Чтобы закончить с классификацией, добавлю, что всегда находятся такие пациенты, которые не вписываются ни в какие группы.


Диагноз ADHD обычно требует двух визитов.
Первый продолжается примерно час. Здесь я собираю историю, наблюдаю за ребенком, провожу общий и неврологический осмотр. Пока я занимаюсь с ребенком, родители отвечают на вопросы в анкетах.
Далее я заказываю тесты, которые по моему мнению, нужны. Это могут быть психометрические тесты, ЭЭГ, анализ процесса понимания языка и куча других. Но часто никакие тесты не требуются, а просто нужна дополнительная информация из школы, и я даю вопросники для учителей.

Второй визит происходит через несколько недель, когда все тесты сделаны и информация получена. Это пышно называется "конференция с семьей". Ребенка на этот визит не приводят, если только это не тинейджер, который сам этого хочет. Этот визит продолжается 20-30 минут.
Здесь я формулирую диагноз, предлагаю лечение и отвечаю на вопросы. Положительные и отрицательные стороны лечения, научные данные, логистика обсуждаются во время этого визита. Из лекарств "первого ряда" я обычно предлагаю производные риталина. Я также пишу в школу рекомендации, как помочь ребенку в классе.
Следующий визит — уже с ребенком — назначается через 4 недели.

Я занимаюсь этим делом в Америке более 20 лет, слежу за развитием науки, читаю литературу. За российской медициной почти не слежу. Но недавно мне пришлось с ней столкнуться.
Бывшая одноклассница, которая живет в Москве позвонила мне домой, чтобы посоветоваться о своем внуке. Я поговорила с ней, потом поговорила с мамой, потом поговорила с мальчиком по скайпу.
— Слушай, сказала я бабушке, по-моему у него типичный ADHD.— Поговори с педиатром, пусть ему назначат маленькую дозу риталина и поговорим через две недели. Должно помочь.
По недоуменным вопросам одноклассницы, я поняла что она никогда не слышала об этом лекарстве.
— Ладно,— сказала я,— давай я сама посмотрю, что у вас там есть и объясню поточнее.

Я полезла в русский медицинский интернет и на меня обрушился момент истины. Он был так чудовищен и так нелеп, что я застыла в кресле с компьютером в руках, стараясь собрать воедино разбежавшиеся во все стороны мысли. Оказалось, что в России мое основное лекарство от ADHD — риталин и его производные запрещены, относятся к категории наркотиков и использование их преследуется законом (!).
Я позвонила однокласснице, пролепетала что-то типа того, что у них нет похожих лекарств, и пусть мама посоветуется с психологом.
Когда мой муж пришел домой, я, не отрываясь от компьютера, сказала:
— Знаешь, оказывается, я врач-вредитель. Лечу детей "детским кокаином" и подсаживаю их на наркотики. Все вернулось на круги своя.
— Оля, что случилось? — Тон был испуганный, наверное он решил, что у любимой жены поехала крыша.
Я оторвалась от экрана и кратко изложила свое невероятное открытие.
— Ну вот и напиши об этом, сказал он. Поставим на Фейсбук, пусть люди знают.

И я начала разбираться .
Я обнаружила, что наиболее доступные и эффективные лекарства, которые применяются во всем мире, в России запрещены к использованию и освещаются в прессе как вредные наркотики, разрушающие детскую психику и приводящие к наркомании. С научной точки зрения эти заявления не выдерживают никакой критики — мало ли глупостей пишут в прессе и, конечно, можно было бы закрыть эту страницу, вписав это в длинный список подобных нелепостей, происходящих на моей бывшей отчизне.
Но здесь я испытала такой шок, что никак не могла упокоиться и продолжала этот вопрос изучать.

Я обнаружила следующее.
— Россия, запрещая риталин, находится в компании таких продвинутых стран, как Амман, Йемен, Таиланд, Того и Нигерия.
— Риталин был запрещен в СССР в 1960-е годы.
— Для лечения ADHD используются так называемые ноотропы (энцефабол, ноотропил и т. п.), и в последние годы страттера.
Я не нашла ни одного серьезного исследования о том, что ноотропы статистически достоверно помогают при ADHD. Несколько серьезных статей на тему ADHD, которые я нашла на русском, честно признаются, что риталин эффективен, но в России не применяется. В отношении ноотропов как-то стыдливо сказано, что они используется традиционно.

Я продолжала рыть и залезла в это дело по уши. Я лазила по сайтам ВОЗ, ООН, которая имеет для этого специальную комиссию, по сайтам социологических исследований, статистики. Я пошла так далеко, что изучала информацию на открытых сайтах МВД и Федеральной Службы по Контролю и Обороту Наркотиков.(ФСКН).
Наверно здесь было для меня что-то личное, ведь я использовала эти лекарства в своей практике!
Получалось, что кто-то в приказном порядке запретил использование эффективного лекарства под лозунгом борьбы с наркоманией, и этот вопрос никогда не пересматривался ( во всяком случае, следов об этом я не нашла).
Я собрала статистику про катастрофический рост наркомании в России с 1990-х годов, когда риталином в медицинской практике даже не пахло. На 90% Российская наркомания — это опиатная и героиновая зависимость, самая страшная и разрушительная.
В 1992 году в России было 88 тысяч зарегистрированных наркоманов, в 2013 — 630 тысяч. В 2014 году В. И. Иванов, глава ФСКН и главный "нарко-милиционер" страны заявил, что в России около 8 миллионов зарегистрированных наркоманов, из них 3 миллиона употребляют наркотики регулярно. Каждый год в страну ввозится 30 тонн героина, и ежегодно умирают от наркотиков около 100 тысяч человек. И это в подавляющем большинстве юные и молодые люди.

Я словно хотела показать кому-то: “Ребята, риталин здесь не при чем!”

Масса хорошо обоснованных научных работ (не субсидированных фармацевтическими компаниями!) показывают повышенную предрасположенность пациентов с ADHD к развитию наркомании, а также к курению и использованию алкоголя. Зато в 2012 году шведские ученые опубликовали блестящее исследование на 25 тысячах (!) пациентах, где они четко показали, что лечение ADHD (риталином и другими лекарствами от ADHD) снижает процент преступности в этой группе от 32% до 41% в зависимости от пола.

К тому моменту, когда я кончила все это изучать, в России произошло столько трагических событий, что мне было даже совестно выставлять этот очерк. Но всё же я решила сделать это здесь и сейчас, потому что надеюсь, что для кого-то это будет интересным и важным.
источик
Tags: медикаменты, перепост
Subscribe

Posts from This Journal “медикаменты” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments