Валькирия (valkiriarf) wrote,
Валькирия
valkiriarf

Трудно быть богом..

Денис Александров.

Профдеформация у врачей состоит вовсе не в равнодушии к чужим страданиям и боли (кто это придумал – не имеет ни малейшего представления о нас). И не в циничных шутках и презрении к стыду.  Эта безделица встречается нередко даже в среде налоговых и пожарных  инспекторов. Тут другое...
Когда ты принимаешь решение – ты можешь сомневаться. Но после принятия – голова должна быть холодной, а рука – твердой. Если руки, как в моем случае, к голове не прилагались – то с первой двойной спрос.
Пациент еще не знает, что тебе все ясно. Он может пихать тебе анализы и эпикризы, рассказывать важные детали. И выдвигать предположения о своих диагнозах и правильных методах лечения. Это он напрасно, конечно. Пустая трата времени.  Чем дольше он говорит – тем больше тебе уже все ясно. Но он-то не знает! Он хочет с тобой обсудить, как коллега с коллегой. Как обсуждают плохую игру сборной или неумелые действия нашей авиации в Сирии. Он подразумевает, что ты в этом разбираешься не хуже него. И пришел только подтвердить свои догадки. Свои самые худшие опасения. Доктор, я знаю, что виноват, что надо было прийти раньше. А теперь у меня инфаркт, давайте на всякий случай кардиограмму сделаем. Хотя можно  и не делать –  у меня все как в учебнике написано…
Профдеформация состоит в том, что, фильтруя ежедневно ненужные тебе человеческие мнения, игнорируя тонны ненужной информации, научившись не доверять результатам чужих лабораторий и исследованиям из непонятных тебе клиник, выстраивая по кирпичикам или сразу блоками прочное здание своего диагноза, ты ошарашиваешь людей отказом принять их точку зрения. Причем в категоричной форме. И если хирургу ничто не мешает работать, то нам, интернистам, очень хочется, порой, вызвать на помощь анестезиолога. «Не дайте пациенту себя уговорить!» - учили старые профессора зеленых интернов. Но как же так, врач должен видеть в пациенте человека, а не диагноз! – говорят нам пациенты. И еще потом много говорят. И еще. А мы же видим. Видим. И нам скучно. Мы прерываем. На нас обижаются. Вы недослушали! Я еще не ответил! А мы отворачиваемся и думаем о своем…
Мы отворачиваемся и думаем о своем, глядя в окно троллейбуса. О том, что мы много учились, многое повидали, гораздо больше, чем видели все эти люди вокруг. Что мы умеем то, что им не снилось, знаем то, о чем большинство не догадывалось. Что истина – вот же она – на поверхности. Как они не видят! Думаем мы за праздничным столом. В беседе близких людей. В споре с друзьями. В пикировке с недругами. Нас ничем не удивить. Наше мнение должно быть правильным и неоспоримым. Мы удивляемся, что с нами спорят вообще. Разве они понимают, что такое клиническое мышление? Оно применимо к любой области жизни. Да, и к сантехнике тоже! Не надо пытаться запудрить нам мозги. Педагогика, реклама, кулинария, логистика – мы все постигаем интуитивно. У нас огромный клинический опыт. Нам говорят, что мы невыносимы, давая советы и указания всем вокруг. Что мы нетерпимы к критике. Что мысли выражаем кратко и четко. Особенно хирурги. Некоторых прям заслушаешься. Сказал – как отрезал!
Дети и собаки нас начинают бояться. Жены – скучать. А мы приходим с работы все такие стальные и звенящие. Наливаем сто грамм дареного коньяка. И ненадолго отпускает. Ответственность. Риск. Чувство, что ходишь по краю. Глубоко запрятанное бессилие и беспомощность шкрябают изнутри грязным ногтем прочную корку. Только очень близким людям позволено иногда видеть нас слабыми. Нуждающимися в помощи и поддержке. Теплыми и беззащитными.
Но это быстро проходит. Костюм супергероя снова застегнут на все липучки. Маска натянута до глаз. Следующий! Слушаю вас!
Трудно быть богом…

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments